Опыт расширения сознания в "Открытом пространстве".
В московском кинотеатре "Киномир" прошла премьера триллера "Открытое пространство" — второй картины режиссера Дениса Нейманда, проявившего свою любовь к экстремальным прорывам из повседневности в психоделической "Жести". "Открытое пространство" получилось помягче, но с умением уплыть из монотонных будней здесь тоже все в порядке. Как тесно трем наркоманам в одном лесу, узнала Лидия Ъ-Маслова.
Создатель "Жести" снял "Открытое пространство" — драму о трех торчках, оказавшихся в глухом лесу по воле губернатора.
Фильм мог бы стать бенефисом для актера Андрея Чадова. Однако играть в таежном валежнике оказалось абсолютно нечего. Бывалый егерь с двустволкой (Юрий Оськин) ведет по глухой тайге трех молодых торчков — сынка губернатора (Андрей Чадов), верзилу в трениках (Юрий Колокольников) и гопника на побегушках (Егор Томошевский). Пока мужичок, пыхтя цигаркой, гоняет наркоманов за дровишками, по экрану шествуют гуськом флэшбеки, из которых, по мысли режиссера, должно склеиться убедительное объяснение, почему столь экзотичная компания выбрала для прогулок такие невероятные места. Объяснение, впрочем, склеивается еще более фантастическое.
Персоны:
Денис Нейманд,
Андрей Чадов,
Юрий Колокольников,
Егор Томошевский.
Иван Куликов
Другие
1-aug-2006
Дирекция кинофестиваля в Венеции объявила программу сентябрьского смотра: в числе прочих за награды поборятся два россиянина — Иван Вырыпаев и Борис Хлебников. Оба долгие годы ходили по опушке кино и только теперь углубились в гущу: это их первый опыт работы в качестве самостоятельных режиссеров. Эти двое — макушка целого айсберга дебютов, который перевернет русское кино в 2006-м. Всем дебютантам слегка за 30, и все они в чем-то идеалисты. В преддверии русского бенефиса в Венеции «Огонек» спросил у пяти молодых режиссеров, как и зачем они снимают картины. Это интересно уже потому, что будущее — за ними
Персоны:
Иван Вырыпаев,
Павел Руминов,
Борис Хлебников,
Оксана Бычкова,
Денис Нейманд.
Кирилл Алехин
Фильмы-ужасы
11-apr-2006
Провалов в российском кино по-прежнему больше, чем успехов
Современный отечественный кинопроцесс неравномерен, но цикличен, как погода. С января по начало июня стоит затишье, изредка прерываемое блокбастерами. Все мало-мальски стоящие фильмы приберегаются для июньского «Кинотавра» и там пускаются веером от живота. Еще пару российских картин «выстреливает» летний Московский международный кинофестиваль, потом перерыв до августа, когда свою обойму выпускает Выборг, и снова голодный паек до конца года.
Российским кинематографистам не удается создать отечественный аналог Голливуда. Зато они очень хорошо воспроизводят каноны классического трэша
Уже несколько киносезонов подряд отечественные блокбастеры с немного пугающей непрерывностью поступают на экраны. Сложно не заметить переизбыток халтуры в этих доморощенных хитах кинопроката. Тем не менее некоторое время сохранялась надежда на то, что халтура — это детская болезнь, которая со временем сменится настоящим голливудским перфекционизмом. Дудки. Халтура не исчезла, но просто измельчала в замыслах и бюджетах, превратившись в настоящий трэш.
Надорвавшаяся в поисках сенсаций журналистка переживает душевный кризис, плачет и спит на черных шелковых простынях. Получив задание сделать материал о маньяке-убийце, она попадает в психбольницу, потом в заколдованную садово-огородную зону, где встречает массу неприятных людей, включая маньяка, после чего переживает катарсис.
Фильм "Жесть" претендует на философские обобщения, однако не тянет даже на простенький триллер
Появившаяся перед премьерой «Жести» реклама крикливо уведомляла нас о том, что новый фильм – детище продюсеров «Антикиллера». Из этого следовало сделать вывод, что мы опять окунемся в невнятный, кровавый и коварный мир криминальных авторитетов и шестерок с большим количеством известных актеров и узнаваемых лиц.
В кинозалах города демонстрируется дебютный фильм режиссера Дениса Нейманда "Жесть" по сценарию Константина Мурзенко. Премьера картины состоялась в кинотеатре "Аврора".
«Жесть» — фильм, снятый в очень для современного отечественного кинематографа необычном жанре. Сами создатели, изощряясь в словотворчестве, называют его «психовиком», но, говоря проще, перед нами триллер. По крайней мере на две трети. Ближе к концу картина дает сильный крен в сторону сентиментальной социальной драмы с элементами сюрреализма и абсурда.
За что мы любим триллеры? За извечную их противопоставленность интеллигентскому «как страшно жить» — эти фильмы зрителю в простой и доходчивой форме демонстрируют, как именно страшно жить. Детали не важны — хулиган с перочинным ножиком в подворотне, кирпич на голову или маньяк в приусадебном хозяйстве, такая вот «условно-виртуальная» действительность приятно щекочет нервы и вызывает у офисных служащих чувство приятного уюта по жизни.
Авторы «Жести» на пресс-конференции пеняли журналистам, которые в своих заметках преждевременно раскрывали сюжет картины. Поверьте, сюжет в ней значения не имеет. Лучше бы его вовсе не было, потому что он только путается у создателей под ногами. Ни режиссеру Денису Нейманду, ни тем более сценаристу Константину Мурзенко связная и логическая история совершенно не интересна. И зрителю она должна быть до лампочки, куда важнее и забавнее детали того нетривиального пространства, куда наконец попадает героиня после бестолковой и картонно-условной - но необходимой для того самого сюжета - экспозиции.
Надеюсь, никто не будет спорить: "Жесть" — именно проект, для которого избрана форма фильма, для которого выбран жанром триллер, для которого придумана разновидность "психовик". Создатель "Антикиллера" господин Бахшиев вместе со своим подельником в той истории Егором Кончаловским и другими решили зарабатывать деньги вот таким способом. И на это употребили свое несомненное образование и эрудицию, а также профессиональные способности. Флаг ему (им) в руки. Однако сидючи в зале и глядючи на экран ты чувствуешь себя арифмометром. То считаешь количество разбитых машин, то прикидываешь, сколько стоит этот взрыв — если реально запалить некую халупу или же смоделировать пожар на компьютер...
23 марта на экраны России выходит триллер "Жесть" Дениса Нейманда и Константина Мурзенко. Это хорошо. Но что писать о "Жести" — совершенно непонятно. Профессиональные кинокритики ее мотивированно ругают. Присоединиться не получится, потому что понравилось.
Можно, разумеется, поназывать фильм нашим психопатическим ответом "Твин Пикс", "Молчанию ягнят" и еще чему-нибудь; событием в мире отечественного кинематографа; экзистенциальным хоррором; патогенным трэш-саспенсом etc. Можно пуститься в пространные рассуждения о проблемах добра и зла, загадках русской души, галлюциногенах и роли группы "Кровосток" в мировой культуре. Но после задушевного общения с "творческой группой" — не хочется.
Куценко, Разбегаев, Шакуров, Серебрянников и Ефремов снялись в черном гламурном психотриллере об ужасах подмосковной действительности.
Рената Литвинова и голый Гоша Куценко с помповым ружьем в руках практически в первых же кадрах – это тест, которым фильм «Жесть» испытывает своего зрителя. Если тот не начал тихонько подвывать от нахлынувших эмоций и проявил готовность к сотрудничеству, исход этой встречи с прекрасным может быть положительным. Если на губах появилась пена – продолжать сеанс бесполезно. Черный гламур сделает свое дело и к финалу домучает.
